Нехлебородный край. О жизнеобеспечении Пелыма в первой половине XVII в.

По дозору 1625 г. город Пелым состоял из острога окружностью в 220 сажен и посада; в первом находились храм во имя Рождества Христова, двор воеводский, житница государева, таможенная и съезжая избы, несколько лавок, девять дворов ружников и три двора детей боярских, а на посаде – 37 стрелецких дворов и три двора пашенных крестьян. Что касается первоначального населения Пелыма, то оно состояло из 10 чел. детей боярских, 50 конных казаков, 100 казаков пешей службы, набранных в разных поморских городах, 11 семей ссыльных непашенных людей, 40 семей крестьян, прибранных в Пермской и Вятской областях, ссыльного попа угличского и дьякона из Ростова.

… Население Пелыма, таким образом, в первые годы его существования было довольно значительное. Правительство хотело, чтобы служилые люди, и ссыльные и переведенные крестьяне были на новом месте хлебопашцами. Велено было служилым отвести пахотные земли, а ссыльным и переведенцам обрабатывать государеву пашню из «четвертого снопа» (т.е. крестьянин мог брать себе с возделываемого участка 25 % выращенного урожая). Но земля под городом оказалось неплодородной, а потому положение обитателей его было очень печальное. Служилые люди, при неурожае на своих участках, еще могли рассчитывать на хлебное жалование, хотя подвоз хлеба был нерегулярным. Пашенные же крестьяне должны были довольствоваться четвертым снопом из собранной государевой жатвы. Уже в 1596 г. ссыльные каргопольцы били здесь челом государю о том, что они, обрабатывая государеву пашню, одолжали великими долгами, помирают голодной смертью с женами и детьми, и что четвертым снопом им прокормить себя невозможно.

… Крестьяне просили освободить их от пашни, но их не освободили, а лишь увеличили долю выдаваемого урожая; пелымскому воеводе велено было давать челобитчикам половину «государева хлеба» за вычетом семян на пашню. Вскоре, в 1600 г. в Москву с аналогичной челобитной обратились и другие пашенные люди Пелыма: пермяки, угличане, усольцы, кайгородцы, калужане. Они писали, что «хлеб в Пелыме не родится, им повытного достается понемногу, и они помирают голодной смертью…». Челобитчики просили, чтобы их избавили от уплаты в казенные житницы заемного хлеба и разрешили кормится по другим городам.

Под давлением этого правительство вынуждено было согласится на перевод из Пелыма большей части крестьян (в Туринск и во вновь заводимые слободы Пелымского уезда) и сократить численность местного гарнизона.

… Доходные статьи города и его уезда обычно не покрывали хлебных и денежных расходов. Сметные пелымские книги как хлебных запасов, так и денег, всегда заканчивались дефицитом. … В конце царствования Михаила Федоровича расход хлеба в Пелыме превосходил местный сбор почти на 400 четвертей. Поэтому ежегодно зерно привозили сюда из Тобольска или Верхотурья. Здешние крестьяне по-прежнему редкий год могли прокормить себя без заемного хлеба из казенных житниц так, что были в постоянном долгу. Воевода по этому поводу замечал в сметной книге, что «крестьяне люди бедные и взять с них нечего».

Еще менее удовлетворительны были денежные (оброчные и торгово-пошлинные) доходы. Для покрытия расходов на выплату жалования служилым людям в Пелым выделялись деньги из Тобольска: ввиду бюджетного дефицита ежегодно требовалось не менее 350 рублей.

… Зато пелымские воеводы собирали богатый ясак с местных инородцев, который с лихвой покрывал случающиеся издержки. Так, в 1628 г. собрано было ясака и поминков на 645 рублей, в 1635 г. – на 872 рубля, в 1643 г. – на 850 рублей. При этом нужно заметить, что полный ясак никогда не собирался, но всегда случался недобор против установленного оклада.

Источник:

Буцинский П.Н. Заселение Сибири и быт первых ее насельников. М.: «Вече», 2012. – 320 с.