Людность и социально-экономический облик сельских поселений Минусинского уезда в начале XX в.
Для начала позволю себе цитату:
«Концентрация сельского населения в крупных поселениях имела серьезные социально-экономические последствия. В крупных поселениях активнее, чем в мелких развивались рыночные отношения, кустарная и фабричная промышленность, торговля и неземледельческие промыслы, включая отходничество; в них проживало много купцов и мещан, занимавшихся предпринимательством; эти селения находились в тесной связи с городами и испытывали их влияние. Все это создавало предпосылки для изживания в них патриархальных общинных отношений и для трансформации их в городские поселения если не формально, то фактически» (Миронов Б.Н. Российская империя от традиции к модерну: в 3-х томах. Т. I. СПб.: 2014. С. 805).
Источники дают нам возможность проверить высказанный тезис на примере населения Минусинского уезда Енисейской губернии, учтенного во время сельскохозяйственной переписи 1917 г.
В процессе обработки сведений указанного источника мы отобрали 193 населенных пунктов (сел, деревень, выселок), находившихся в степной – лесостепной зоне Минусинского уезда. По степени людности, все они были разбиты на четыре группы (до 500 чел. жителей, 500 – 999, 1000 – 1999 и от 2000 и более) и для каждой рассчитаны показатели, характеризующие состояние развития сельского хозяйства, степень промысловой занятости, использование наемного труда, размеры домохозяйства, долевое соотношение дворов старожилов и переселенцев, процент непричисленных среди вновь прибывших. Из Журнала податной инспекции за 1899 г. к этому были добавлены также сведения о количестве торговых лавок, имевшихся на тот период в рассматриваемых поселениях. Полученная таким образом информация представлена в таблице на слайде.
Как видим, в процессе увеличения людной сельских поселений средние размеры запашки в хозяйствах крестьян, занятых обработкой земли, оставались примерно постоянными. Вместе с тем при переходе в группу наиболее крупных поселений с количеством жителей более 2-х тыс. чел. резко (в 2.5 раза) возрастает процент хозяйств, не имевших собственных посевов. Процент дворов без скота тоже увеличивается, но не столь заметно. Зато среднее поголовье домашних животных во всех других хозяйствах (в отличие от средней запашки в хозяйствах с посевами) сокращается. Причем это сокращение наблюдается уже в группе деревень и сел с количеством жителей более 1000 чел.
Очевидно, что увеличение числа дворов в деревнях способствовало в первую очередь дефициту лугов и пастбищ. Количество пашни в руках хозяев оставалось примерно прежним, но доступ к ней для пришлого населения ограничивался. Характерно, что одновременно с разрастанием доли безземельных элементов в крупных поселениях растет промысловая занятость и число торговых заведений. То есть внутри аграрной общины формируется прослойка людей, не занятых сельским хозяйством. Вероятней всего, ее преимущественно составляли непричисленные переселенцы, доля которых в поселениях 2000 + увеличивается по отношению к предыдущей группе селений почти в пять раз.
Таким образом, материалы сельскохозяйственной переписи 1917 г. демонстрируют, как рост людности сельских поселений сопровождался их постепенной социально-экономической трансформацией. Для лесостепной Приенисейской Сибири конца XIX – начала XX вв. «пороговым значением» здесь, очевидно, являлся показатель людности в 300 – 350 дворов. * Именно начиная с этого показателя дальнейшее разрастание села превращало его в «протогородское» поселение (с собственными ремеслами и торговлей), способное при благоприятных условиях стать «настоящим» городом.
* Интересно заметить, что в середине XIX в. окружной город Минусинск располагал примерно таким же количеством дворов и почти все его жители, занятые в это время ремеслами или торговлей, были новоселами. Через 70 лет в пределах рассматриваемый территории было уже 13 таких «городов».
Леонтьев Е.В.
Источники:
Списки населенных пунктов Енисейской губернии и Урянхайского края по данным сельскохозяйственной и городской переписи 1917 г. и другим исследованиям 1916 – 1919 гг. Красноярск, 1921.
Архив г. Минусинска Ф. 15. Оп. 1. Ед. хр. 914.