Об отношении к чиновникам в крестьянской среде: Западная Сибирь в первой половине XIX в.
«Деревенский мир вообще, и каждый крестьянин порознь, - пишет Н. Чукмалдин, - хранили добрые христианские отношения только между собой, в своем обиходе». … Что касается «господ», чиновников, духовенства, то обманывать их, как полагали крестьяне, сам Бог велел. Крестьянский мир считал, что без обмана, без хитрости отношения с «господами» строить нельзя.
Чукмалдин вспоминал о «деле», которую вело общество деревни Кулаковой, утаивая от властей месторождение гравия. «Всем обывателям деревни было ясно, что для них настанет страшная принудительная работа, - возить гальку на дорогу, - рассказывает он, - а потому и надо было скрывать ее от властей. Для этого (в присутствии начальства) копали ямы в тех местах, где гальки не было вовсе или она лежала тонким слоем… Между крестьянами не нашлось предателя, и даже мироеды не рискнули объяснить начальству суть дела». Получается, что человек, не желающий прослыть бесчестным, обязан был обманывать. Проехавшему через всю Сибирь писателю С. Турбину бросилось в глаза, что «по сибирским народным понятиям, род человеческий делится главным образом на два разряда: а именно - людей и чиновников».
Подлинное отношение хлебопашцев к «господам» нашло отражение в сказке «Крестьянин и незнамой человек», бытовавшей в первой половине XIX в. в сибирских деревнях.
Герой сказки - крестьянин – рассказывал царю, куда уходят зарабатываемые им деньги:
- Перву полтину заемну плачу, втору взаймы даю, а третья сама на ветер уходит. Как же так? - спрашивает царь. - Кому же ты заемну полтину даешь?
- Ваше царско величество, то меня кормили отец с матерью, так первой полтиной и я их теперь кормлю, займы плачу; другой полтиной кормлю моих ребятишек, - тож взаймы даю, а они мне потом станут отплачивать.
- Куда же третья твоя полтина уходит?
- А третью полтину даю писаришкам да господам.
- На что же они берут с вас те деньги?
- Кто их знат, на что они берут, живут они не по-нашему…
Как видим, в сказке показано стремление вывести «господ» - чиновников за рамки разумной, с точки зрения крестьян, социальной иерархии: они – бесполезный груз на плечах народа, они и живут «не по-людски, не по-нашему».
… Начальство крестьяне терпели как неизбежное зло, которому нельзя было верить; долг чести предписывал обманывать его при каждом удобном случае.
Священник из слободы Такмыцкой Т. Попов утверждал, что стремление крестьян вводить чиновников в заблуждение стало для них повседневной нормой. Так поступали они, например, при сборе администрацией сведений о состоянии хозяйстве, размере посева и пр. «Крестьяне мне лично говаривали, - заявлял Попов, - что они объявляют посев только вполовину или немного более, а остальное скрывают из опасения или даже просто по привычке».
Источник:
Миненко Н.А. Живая старина: будни и праздники сибирской деревни в XVIII – первой половине XIX вв. Новосибирск: Наука, 1989. – 160 с.