В месте, где "пути людского не бысть". Из истории монастырской колонизации Русского Севера
Из Троице-Сергиева монастыря вышли организаторы монашеских поселений на речке Комеле. Колонизация этого района связана с именем Арсения, происходившего из захудалой боярской семьи Сухорусовых, постриженника и с 1526 г. игумена Троице-Сергиевой лавры. В 1527 г. Арсений оставил Троице-Сергиев монастырь и направился на север, «обходя леса и ища места покойна обитель составити». Остановился он в Комельском лесу, приблизительно в 25 днях пути от Вологды. Составитель жития характеризует избранное Арсением пристанище как место «блатно и водянно», через которое «пути людского не бысть».
Жители окрестных селений отрицательно отнеслись к появлению пустынника: многие «злонравные люди» стали чинить Арсению «скорби и пакости». Для защиты старцу пришлось обратиться с жалобой к Великому князю Василию Ивановичу, который грамотой в 1530 г. указал «крестьянам моим около той пустыни (на две версты во все стороны) лесу сечи и починков ставити и беловать не велю…». Но великокняжеская грамота только еще больше озлобила крестьян против пришельца, и подтолкнула их к активным действиям. Однажды, поймав старцева спутника, они избили его без пощады и «злой смерти предаша». После этого Арсений оставил пустынь и удалился далее на 30 поприщ на речку Шингарь. Там он тоже прожил недолго. После набега казанских татар вблизи скопилось много беженцев – крестьян, поэтому старец вновь вернулся в Комельский лес. Прежние его недоброжелатели к тому времени, видимо, покинули эти места, ибо Арсений уже беспрепятственно начал «труждаться вельми, лесы сечаша и нивы насеваша». В 1539 – 1541 гг. здесь вырос уже настоящий монастырь с церквями и оградой. В1539 г. царской грамотой ему были пожалованы земли на пять верст вокруг, на которых в ближайшие годы появились пять селений - починков.
Еще одним колонизатором Комельского леса явился старец Корнилий. Родом он был из Ростова, где принадлежал к богатой боярской семье Крюковых. Дядя Корнилия Лукьян занимал должность дьяка в Москве, откуда ушел в Кирилло-Белозерский монастырь. Туда же в возрасте 20-ти лет направился и сам Корнилий. Прожив некоторое время в Кириллове, молодой монах «вдаст себе странничеству»: побывал в Новгороде, Твери, в Савватиевой пустыни, но отовсюду уходил, как только стекавшиеся к нему люди пресекали его «безмолвие». В 1497 г., согласно житию, Корнилий поселился в «непроходимом» лесу в заброшенной разбойниками хижине. Через 19 лет здесь стояла уже крепкая обитель, окруженная возделанными пашнями. Насельники ее жили, «преходящая приемля и … мимоходящие кормяше». Корнилий завел в монастыре строгий устав, чем в конце концов вызвал «ропот братии», покушавшейся даже на жизнь своего игумена. В конце 1520-х гг. старец с одним из монахов ушел из устроенного им монастыря на Сурское озеро вблизи реки Костромы. Там в окрестностях жили государевы оброчные крестьяне, промышлявшие бортничеством. По сказанию, они обрадовались прибытию к ним Корнилия, - случай редкий в истории монастырской колонизации, - построили монахам келью, стали доставлять им мед и «всякую потребу». В 1529 г. старец вместе со своим спутником Геннадием начали сечь лес для заведения пашни.
Спустя время бывший проездом в Кириллово-Белозерском монастыре Великий князь Московской Василий Иванович узнал о том, что Корнилий покинул заведенную им обитель «ради ропота и непослушания братии». Князь разгневался на монахов и потребовал возвращения старца. Корнилий вернулся, оставив в новообразованной пустыни Геннадия. В 1537 г. ко времени смерти своего основателя Корнильево-Комельский монастырь был уже одним из крупных в Вологодском крае, насчитывая более 90 душ насельников.
Под непосредственным влиянием Троице-Сергиевой лавры находилась и колонизация Костромского края. Ученик Сергий Радонежского Авраамий Галицкий во второй половине XIV в. основал один за другим четыре монастыря: Успенский на берегу Галичского озера, затем в 30-ти верстах «в пустыне» монастырь «Положения пояса Богородицы», через какое-то время на реке Виче обитель «Собора Богородицы» и, наконец, на Чухломском озере в 13-ти верстах от предыдущего Покровский монастырь. Другой выходец из лавры Иаков Железноборский основал в 40 верстах от Галича Предтечев монастырь.
Источник:
Савич А.А. Главнейшие моменты монастырской колонизации Русского Севера XIV – XVII вв. Пермь, 1929.