Традиционные божества и священные места кондинских хантов и манси в XVII - XIX вв.
Большинство божеств, которым с глубокой древности поклонялись ханты и манси Конды, представляли собой персонифицированные явления и объекты природы и были связаны с хозяйственной деятельностью таежных охотников и рыболовов. Их задача - помочь человеку выжить в суровых условиях тайги. Человек отвечал тем, что создавал священные места для божеств и духов-покровителей, молился и совершал жертвоприношения в их честь. В центре культового места обычно находился священный сумь-ях, или лабаз, - дом, в котором «жил» бог. Люди представляли себе жизнь богов похожей на жизнь людей, поэтому рядом с богом часто помещали и его супругу.
Существовали и отдельные священные места богинь, наиболее чтимой из которых являлась Калтащь-эква (или Сории жва) - Золотая женщина, жена или сестра верховного бога-творца Торума… В Кунгурском летописце о ней сообщалось как о «богыне древней», которая «нага с сыном на стуле седящая, приемлюще дары от своих». Как бы ни
выглядела древняя богиня, подношения ей, как и другим почитаемым богам, были богатыми. В обмен на меха предки манси и хантов получали изделия восточных мастеров - драгоценное оружие и великолепные вещи из серебра: блюда, кубки, чаши, которыми восхищается весь мир. На родине своего производства, в культурных и ремесленных центрах Востока, эти предметы роскоши давно исчезли, были переплавлены. Здесь же, в дебрях западносибирской тайги и Приуралья, они приобрели новую, сакральную, функцию, бережно передавались из поколения в поколение, хранились на священных местах, благодаря чему дошли до наших дней.
В самом начале XVIII века появилось первое описание нескольких священных мест манси недалеко от Пелыма. Одно из них находилось в Черных юртах, где хранилось копье, которое манси почитали с древнейших времен, совершая в его честь жертвоприношения. Другое священное место, расположенное рядом с Пелымом, имело в центре огромную лиственницу, возле которой также совершались жертвоприношения. Вероятно, именно здесь в 1618 году, согласно отписке в Москву пелымских воевод Ивана Вельяминова и Григория Орлова, верхнекондинские манси совершили человеческое жертвоприношение. Недалеко от этой лиственницы находилось третье священное место с пятью антропоморфными изображениями божеств, перед каждым из которых стоял берестяной сосуд с костями жертвенных животных. Здесь же были и сумь-яхи - небольшие дома на высоких столбах, высеченных в форме людей. В них обнаружены копья, стрелы и прочее оружие. В стоящей отдельно постройке были сложены кости жертвенных животных.
Главное священное место на Конде было посвящено божеству, перенесенному сюда хантами Белогорского княжества в начале XVIII века и названному поэтому ими Кондинским. Божество это обладало, по представлению лесных охотников, способностью вещания. По словам манси, перед входом на главное священное место стояли стражи, которые туда никого, кроме «жреца» - хранителя священного места, не пускали, даже князя.
Участник миссионерского похода митрополита Филофея Лещинского, сосланный в Сибирь пленный шведский полковник Иоганн Мюллер, составил описание изображения Кондинского божества со слов хантов. Оно представляло собой покрытое красной тканью бревно, верхняя часть которого была вырезана в форме головы человека. Божество было обернуто большим количеством кусков ткани, пожертвованных ему, а голова увенчана шапкой из дорогих шкур черных лис.
Помимо верховного божества Торума и Калшащь-эквы мифология манси была полна сюжетами о божествах-покровителях меньшего ранга - тонхах. Именно от тонхов зависело благополучие людей, к ним они обращались за помощью в ежедневных своих делах. Даже в начале XX века многие из кондинских манси и хантов продолжали совершать ритуальные действия в честь богов-покровителей. По сообщению С. Шульгина, предпринявшего поездку на Конду в 1901 году, в селе Нахрачинском, в Согомских юртах и в других населенных пунктах вдоль Конды многие ханты и манси продолжали поклоняться тонхам. Изображения тонхов помещались в сумь-яхи, рядом с которыми совершались жертвоприношения животных и складывались дары. Каждый из общественных тонхов имел священное место, за которое отвечал особый человек - ям-бизень-тобаза. В его компетенцию входили общение с божеством, организация жертвоприношений. Должность эта передавалась по наследству. Жертвоприношения делались по случаю начала рыболовного промысла, сбора ягод, перед предстоящей дальней поездкой, во время тяжелых болезней членов коллектива. В наиболее важных случаях совершалось большое коллективное жертвоприношение в честь какого-нибудь тонха, для чего вскладчину приобреталась лошадь. Кровь жертвенного животного собирали и окропляли ею священное место, мясо варили и съедали.
Источник:
Кондинский край XVI – начала XX вв. в документах, описаниях, записках путешественников, воспоминаниях. Екатеринбург, 2006. – 388 с.