Дворы - усадьбы в Сибири в конце XVII в.(По материалам Енисейского края)

По переписям второй половины XVII в. по сравнению с 1625 г. значительные изменения наблюдались в подворных хозяйственных постройках крестьян. В рассматриваемых 25 дворах монастырских крестьян (Спасского, Рождественского и Троицкого монастырей Енисейского уезда) насчитывалось более 50 помещений, так или иначе по своим функциям связанных с содержанием скота (3 «избы скотские», 26 хлевов, более 11 стай «конских», да 20 помещений для хранения сена — повети, сенники, сараи). Таким образом, почти в каждом дворе имелась специальная постройка для скота, порой их было несколько; почти в каждом втором дворе были и помещения для хранения сена. Среди этих различных по своим функциям построек обращают на себя внимание «избы скотские», по площади близкие к жилым.

Так, в монастырском дворе на р. Тасеева указаны размеры одной скотской избы «в 6 саженей», т. е. со стороной в 12,7 м. Вполне ясно, что они использовались и как хозяйственные помещения (в частности, для содержания молодняка скота), и как жилье, так как случалось, что к ним пристраивали сени. В дер. Потаповской на монастырском дворе наряду с трехкамерной связью существовала такая изба с сенями, к которым примыкали хлева и «стая конская». Судя по наличию хлевов и «стай конских», скот содержался в разных помещениях.

Среди этих хозяйственных построек встречались с двухъярусной конструкцией, принесенной северорусскими переселенцами. Над хлевами и «стаями» устраивались повети, что было весьма характерно и для Европейского Севера и сибирской деревни. Поветями в Сибири служили кровли построек для скота. Однажды при описании двора в деревне на р. Кемь были отмечены над хлевами и стаей повети, над которыми возведены крытые дранкой сараи.

К сожалению, за неимением данных нельзя судить о технике постройки хлевов и «стай». На Русском Севере в XIX в. «стаей» называли сруб, обычно ставившийся в конце двора. Но в Сибири, по этнографическим наблюдениям, нередко для скота не делали особого помещения, и он всю зиму или находился на заднем дворе под открытым небом, или для него устраивали забор и навес со стороны преобладающих ветров. Поэтому можно предполагать, что в XVII в. под «стаей» подразумевался крытый загон для содержания скота, над которым устраивалась поветь.

В отдельных случаях по описям прослеживалась северорусская традиция смыкать такие хозяйственные сооружения с жилыми строениями по принципу однорядной связи. Поэтому есть основание полагать, что во второй половине XVII в. в Сибири был распространен комплекс, известный в этнографической литературе как северорусский. За оградой усадеб также ставились хозяйственные строения: на улице перед домом - хлебные амбары, погреба, сзади за двором - бани, на гумне - овины.

По описям 1670-1680 годов, на 25 монастырских дворах из таких строений насчитывалось 10 бань, 7 погребов, 25 амбаров, 9 овинов и 1 рига. Бани иногда рубились с «передсеньем» (предбанником), над погребами ставили амбары или надпогребницы. Большие амбары строились с перерубом — «в два житья».

Подобная типология дворов и строений в таежной полосе Сибири, где русские переселенцы начинали вести пашенное земледельческое хозяйство, прослеживается и по другим источникам. В 1670-х годах закладчик Троицкого монастыря Ф. Конев, поселяясь на заимке в верховьях Нижней Тунгуски, обязывался, как само собой разумеющееся поставить там крытый двор типично севернорусского типа: «против избы сени и амбар в три сажени и хлев и стаю конскую и весь двор покрыть и овин и гумно огородить и поскотину тоже».

Источник:

Этнография русского крестьянства Сибири XVII – середина XIX в. Изд-во «Наука». М.; 1981. – 269 с.