Кержацкая баня на Бухтарме.
К числу хозяйственных построек относятся бани, имеющие широкое распространение в кержацких деревнях.
… В каждом селении обращает на себя внимание большое количество черных бань, разбросанных за усадьбами на берегу реки (Бухтармы, Белой) или ручья, большей частью на обрыве материкового берега, над галечными отложениями. В среднем можно считать, что около половина кержацких хозяйств имеют свои бани (так, например, в деревне Печах на 130 старожильческих хозяйств приходится 64 бани; новоселы в счет не идут, так как для них баня является большей частью непосильной роскошью).
Обычно баня строится сейчас же за усадьбой хозяина.
Баня имеет вид небольшого сруба с плоской земляной крышей. Для постройки употребляется преимущественно пихтач (это более теплый лес, по мнению населения), бревна толщиной 19 - 25 см. Обычно сруб состоит из 10 венцов, рубленых в угол; нижний венец кладут на камни;
… Обычный размер сруба снаружи: 4.5 на 4 или 3 м. Типичная баня не имеет предбанника, выход из бани—прямо наружу через низенькую одностворчатую дверь, открывающуюся наружу. Окно только одно, равное по величине и способу вырубки волоковому; устраивается большей частью внизу между третьим и четвертым венцом, или в стене с дверью, или в стене над лавкой; реже устраивают окно в противоположной входу стене над полком, высоко под потолком; в таком случае оно служит и для выхода дыма.
Крыша устроена просто: параллельно стене с входной дверью врублена матка, на нее настлан потолок из горбылей, плоской стороной вниз и сверху засыпан землей.
Баня, следовательно, низкая, и моющиеся чуть-чуть не задевают головой потолка, толстая же, выступающая вниз матка определенно мешает непривычному человеку. Пол обычно земляной, иногда на землю положено три — четыре половицы; бревна сруба внутри не стесаны.
В правом от входа углу ставится печь—каменка, устьем обращенная влево; складывается она из каменных глыб, причем стенки ее кладутся либо из крупных галек, либо из глыб сланца; на них накладывается либо большая сланцевая плита, либо металлическое колесо от старой косилки, а сверху уже наваливается груда более мелкого камня. Ни заслонки, ни чего другого нет; дым из устья выходит в дверь, почему бревна над входом всегда закопчены; если окно устраивается внизу, то для выхода дыма прорубается еще под самым потолком небольшое отверстие в стене над полком. Воду греют в чугунах, вдвигая их в устье печи на раскаленные угли. Налево от двери идет низенькая лавка (сантиметров 30—35 высоты над землей); против входа во всю ширину бани устроен полок, представляющий собой помост из нескольких досок, шириной от 85 см до одного метра на стойках, высотой около 75 см. Перед полком—невысокая ступенька.
Белых бань нет совершенно. Лишь летом 1927 г. впервые начал один из местных жителей в деревне Язовой ставить белую баню с глинобитной печью, что производило в деревне необыкновенную сенсацию. В печках не моются совершенно, и об этом и не слыхивали.
Бани топят часто, в рабочее время иногда и несколько раз в неделю, чтобы попариться после работы, причем затапливают баню женщины, под вечер, идут же в баню большей частью уже после захода солнца всей семьей, мужчины, женщины и дети; берут с собой и грудных детей. Раздеваются снаружи, оставляя около бани всю свою одежду; взять в баню одежду для кержака невозможно, так как она тогда опоганится и опоганит и надевшего ее; кержаки «в бани рубахи не затаскивают, она банница будет; там бесовщина, там только черти живут» —так подсмеиваются над кержаками переселенцы, Некоторые старики и старухи, идя в баню, даже крест оставляют снаружи с одеждой, чтобы не осквернить его.
В связи с таким представлением о бане, в нее нельзя ничего брать с собой—ни ведра, ни чугуна—все это опоганится. В связи с этим же, напарившись и нахлестав себя вениками, из бани бегут, прикрывая себя вениками, окунуться в Бухтарму или Белую во всякое время года, если же река под льдом, то тут же на снегу обливаются водой. Потом здесь же, на снегу, одеваются. Мытья, в собственном смысле этого слова, нет совершенно. Также парят и грудных детей, которых обливают после в сенях теплой водой. Облиться или окунуться необходимо, чтобы смыть с себя всю погань, всю нечисть; если этого не сделать, кержак не может войти в моленную; «банному не дается молитва, не освящается».
В то же время баня является первым средством при всякого рода простуде. Затем есть обычай женщину после родов сейчас же вести в баню, где ее парят, считая, что это укрепит ее и облегчит послеродовые страдания и уничтожит слабость; бывают случаи, что при этом роженица теряет сознание; иногда после этого лечения умирают.
Выполняет баня и другое назначение. Так, где есть навес или предбанник, там нередко стоят мялки, и бабы мнут здесь лен.
Источник:
Бломквист Е.Э. Постройки бухтарминских старообрядцев// Бухтарминские старообрядцы. Л.: 1930.