Беглые крестьяне в русском городе в начале XVIII в.
… Как уже было установлено, в рассматриваемое время более трети бежавших крестьян направлялись в города Среднего Поволжья. Причем среди беглых, ставших городскими жителями, большинство работало по найму, не беря на себя никаких тяглых обязательств (63,5%). При этом, хотя удельный вес побегов дворцовых и государственных крестьян значительно превышал процент побегов крепостных землепашцев, помещичьи крестьяне чаще других, становились работными людьми в городе. Согласно нашим подсчетам, последние составляли 78,5% крестьян, бежавших в города из поместий, против примерно 61% дворцовых и около 52,7% государственных крестьян.
Объяснение этому, видимо, надо искать в том, что в дворцовой и государственной деревнях имелось больше, чем в помещичьих, условий для денежных накоплений, благодаря чему крестьяне первых двух категорий могли найти в городе более широкое поле деятельности: помимо работы по найму; они иногда занимались ремеслом, промыслами, торговлей. Не случайно, дворцовые крестьяне значительно чаще (в 2.3 раза) приписывались к посаду, т.е. могли «легализоваться» (перестать быть беглыми) на новом месте.
Одной из особенностей существования беглых крестьян, кормившихся в городах работой по найму, была определенная постоянность их занятий. Правда, часть работных людей спустя некоторое время, поправив свое положение или выучившись ремеслу, открывала собственную лавчонку или мастерскую и отходила от работы по найму. Однако основная масса городских наймитов продолжала "кормиться работой" в течение всего срока жизни в бегах.
Данные следующий таблицы показывают, что на нелегальном положении, скрываясь от властей (а скорее, видимо, и не особенно разыскиваемый) беглый крестьянин мог прожить значительную часть своей жизни. Так, из 263 беглых людей, занимавшихся «черной работой» в поволжских городах в 1722 – 1724 гг., 223 (84.8 %) провели к моменту обнаружившей их ревизии в бегах более пяти лет; 128 – не менее 10-ти лет, 46 – более 20-ти. Причем значительная часть этих нарушителей закона не переходила с места на место, а постоянно проживала у какого-нибудь одного хозяина, испытывавшему потребность в работниках (т.е. эти люди особенно не прятались, и местное начальство не могло не знать об их существовании).
Так, бежавший из Суздальского уезда крестьянин князя М. Хованского С. Иванов все 10 лет "бессходно" прожил в городе Саранске у посадского человека "в работниках из найма". Также "бессходно" 10 лет проработал в Нижнем Новгороде у "кружника" К. Дмитриева беглый крестьянин Н. Федоров. "Никуда не переходя", жил на астраханских "государевых соляных заводах” беглый Н. Пережогин.
В целом беглые крестьяне, имевшие постоянное место работы, составляли около 16% всех беглых, ставших работными людьми в городе.
Однако, несмотря на то, что часть беглых крестьян в течение более или менее длительного времени работала у одного хозяина, огромное множество их находилось в постоянном передвижении, не задерживаясь на одном месте более нескольких месяцев. К их числу относились так называемые поденные работники, кормившиеся "черной работой меж двор". Например, все 26 лет жил вместе с женой в городе Алатыре, "переходя у разных чинов людей в работе", дворцовый крестьянин Алатырского уезда Е. Игнатьев. Бродил с отцом по разным местам, "кормясь работой" в течение 15 лет, монастырский крестьянин Г. Терентьев. 10 лет жил "у разных чинов людей" и ходил по Волге на стругах дворцовый крестьянин В. Осипов и многие другие.
Постоянный спрос на неквалифицированную рабочую силу, вызванный, в частности, потребностями портовых волжских городов, приводил к тому, что даже для поденных работников не было большой необходимости переходить из города в город. Не случайно последние составляли всего 5,3% от всех городских работных людей, не имевших оседлости и постоянной работы (прочие, видимо, ходили от хозяина к хозяину, оставаясь в одном городе).
… Труд беглых использовался везде, где имелся спрос на рабочую силу. Наравне с вольными людьми и отходниками их нанимали как для черной работы по дому, в сторожа, в дворники, так и на речные суда и рыбные ловли, а также в различные ремесленные, торговые и промысловые заведения. В отношении видов найма работных людей из числа беглых для нашего района мы не можем отметить каких-то особенностей по сравнению с работой по найму, выполняемой, например, легально «отхожими» крестьянами.
… Среди городских нанимателей беглых крестьян встречались как посадские люди, так и представители гостиной сотни, - крестьяне, дворяне, духовные лица, служилые люди.
Источник:
Козлова Н.В. Побеги крестьян в России в первой трети XVIII в. (Из истории социально-экономической жизни страны). М.: 1983. – 150 с.